История одного Passat длиной в 1,5 млн километров.

Написано Алена Козуб

Что только не уместилось в эти 1,5 млн километров… Попытки выжить в 90ых, путешествия, мудрость, знания и опыт, и даже ситуации почти из криминального фильма! Владелец Геннадий Бушинский купил свой Volkswagen Passat в 1998 году с пробегом в 92 000 км…

Людей привез в Минск на день города. Припарковался вдоль тротуара, встал за какой-то машиной – не помню. Лег на заднее сиденье, отдыхаю. Просыпаюсь через какое-то время от разговора мужчин, понимаю, что обсуждают они не доброе что-то. Шторки на окнах мешают мне рассмотреть ситуацию, и машина их подогнана под углом к моей – не могу разглядеть ни марки, ни номера. Я, как герой фильма про шпионов, нащупал ручку, опустил переднее сидение, тихо и незаметно переполз за руль…

Вижу по зеркалам, что вроде бы BMW, четверо мужиков, а один залез по мой задний бампер и что-то там рукой пытается нащупать. «Давай его срубим и заберем», — говорит один из них. Так, думаю, что мне делать? Ребята сейчас снимут мой «фирменный», выточенный из нержавейки бампер, а я и сделать ничего не могу: машина подперта, я один, а их четверо… Я накалил свечи зажигания, быстро закрыл центральный замок и с полтыка завел машину. А она остывшая, как даст при резком заводе с подгазовкой клуб дыма из выхлопной. Товарища, что бампер мой крутил, кажется, чуть инфаркт не хватил. Испугались, прыгнули все четверо в машину, но не отъезжают, сидят. И я сижу, педалькой газа работаю время от времени. В голове зреет план побега: у меня же танк, а не машина – дам задом, пробью им радиатор и по газам. Но сижу, жду, смотрю, что дальше будет. Минут через пять выходит один из них, подходит к моей двери, а я что? Сижу себе в черных очках и машину грею. Приоткрыл я щелку в окошке, что, спрашиваю. «Не дыми! – говорит. – Раздымелся тут…» Махнул я рукой, сижу дальше, по зеркалам смотрю. Вскоре, он отошел, сел в машину и они уехали. Взял я газетку, записал на ней номер машины и выдохнул, очень довольный тем, что выдержал психологическую атаку.

Tarantino.by-2013-VW-Passat-1770

Это только в американском кинематографе угоняют исключительно дорогие спорт-кары. Белорусская действительность диктует иные варианты сегрегации. Особенно, если речь идет о героях народного движения за выживание.

На одометре этого Passat B2 1987 года выпуска – 1,5 миллиона километров. Причем 92 тысячи пробега пришлись на безмятежное бельгийское детство автомобиля. Свое отрочество, юность, зрелость и, с позволения сказать, старость – миллион четыреста километров – Passat более чем ярко откатал в наших широтах. За годы жизни в Беларуси, у машины выработались особые характеристики: как известно, надежный «немец» старого поколения, в руках хозяйственника-белоруса (причем руки должны расти из правильного места) превращается в неубиваемый многофункциональный аппарат повышенной выносливости и неприхотливости. И если у кого-то имеются сомнения на счет породистости этого классического белорусского «олдмобиля», то у его владельца Геннадия Бушинского, есть книжечка с рукописным сводом пробегов, замены запчастей и ремонтов за каждый год с момента покупки.

Tarantino.by-2013-VW-Passat-1838

— Народ очень много шутит, что саляровозам-хозяйственникам Passatам давно надо у нас памятник ставить, — смеется Геннадий. – Я песню Лявона Вольского на эту тему слышал: «Паўсвінні, мех бульбы, сала, самагон – што не зашло ў багажнік, залезе ў салон». Ну, ведь правда – скольким Пассаты помогают выживать, зарабатывать свои крохи, и в хозяйстве незаменимая машина. Когда я купил ее в 1998 году, белорусы зарабатывали что-то около 30-50 долларов в месяц, и я был не исключением – машина давала мне небольшой, но все же приработок (односельчан в город завезти, в больницу, по врачам, по кабинетам исполкомов дела порешать, за продуктами, в санатории – каких только просьб не было), и сейчас хороших людей возит по всей стране и даже за ее пределами. Сколько я на ней намотал, ни один современный автомобиль не проедет: хлипкие они, датчиков много нужных и не нужных…

— Ну, а все же: зачем вы так подробно записывали все эти годы, какие детали, как долго у вас «пробежали», где каталась машина и в каких условиях? Как будто отчет для завода-изготовителя готовите.

— Немцам, кстати, было бы интересно узнать, на что способны их автомобили, какие запчасти кроме оригинальных подходят к их старым Пассатам, на каком топливе и в каких условиях ходят дизельные «старички» по разбитым сельским дорогам Беларуси. Я даже согласен на то, чтобы мой Passat и рукописную книжечку его техобслуживания забрал себе для экспозиции какой-нибудь немецкий музей автомобилестроения. Все, конечно, в курсе, что немецкие машины надежные (особенно те, что старые), но, если к ним еще смекалочку и толковый подход добавить, цены им не будет.

Я ведь зачем все записываю, что поставил, что залил? Чтобы знать, сколько какая деталь «отходит»: у меня часто мужики спрашивают, что им на свою машину поставить, запчасти какого производителя. Я столько фирм разных перепробовал, и теперь знаю, чтобы меньше вкладывать в машину денег, надо больше мозгами шевелить. У меня шаровые опоры полмиллиона «выхаживают». Пружины сначала от «восьмерки» стояли, но слабенькие оказались, вот ВАЗовские от 99-ой модели прижились. Я там немножко модернизировал чашки амортизаторов, чтобы не оборвало пружинами, потому что родные завитки сужаются. В общем, я секретов много знаю, но только немцам расскажу, когда материалы передавать буду. Шучу, конечно же.

Tarantino.by-2013-VW-Passat-1840

— Я уверена, что памятник первым Пассатам должен стоять именно в Беларуси, в стране, где эти машины своей экономичностью и неубиваемостью сослужили людям особую службу.

— Это точно. Вон у меня машине сколько лет?! Ребенок пошел в школу, когда я ее купил, а сейчас уже ВУЗ заканчивает. А машинка «бегает», и все ей не по чем. Ну, правда, последнее время особенно чувствительная она стала к нашим неидеальным дорогам: дважды в год меняю амортизаторы. Не все дороги у нас плохого качества – по крупным трассам, конечно, одно удовольствие ехать – но в глуши, вдали от больших населенных пунктов, всяко бывает.

Морозы в последнее время суровые совсем, или это топливо таким плохим стало – не знаю, но без хитростей рукодельных нашей зимой далеко не уедешь. Вот – обогреватель на фильтр сам поставил: стеклотканью обмотал, а тут – трубка с охлаждающей жидкостью идет от расширительного бачка, обогревает и назад возвращается в радиатор – машина спокойно заводится и едет даже в минус 30. Аккумулятор у меня хороший стоит, надежный, 74-й. Если фильтр или насос изначально забиты парафином, их лучше кипяточком полить, снегом растопленным: на это случай у меня есть горелка и паяльная лампа. Если парафин – в бензобаке, плеснуть туда немножко керосинчика надо. Можно грушу применить, продаются теперь – для подкачки. При 50-градусном морозе можно поехать, только в салон нужно вывести емкость с топливом, и обратку придумать, а так никаких проблем – сел и поехал. Один минус: от движения даже в 30-градусные морозы металл устает, машина дубовая, сайлентблоки разбиваются —  не проживешь, если без смекалочки, а в деревнях особенно… У меня полный багажник всяких премудростей на любые случаи жизни: горелочки, веревочки, фильтры запасные, емкость воду кипятить и для топлива. А то бывает отобьет у людей топливопровод, хоть шапку подставляй, или заклинит термостат, надо слить антифриз, а некуда…

— И все это вы возите с собой?

Tarantino.by-2013-VW-Passat-1867

— А что делать? Опыт показывает, что жизненные ситуации могут быть совершенно непредсказуемыми, и никогда не знаешь, что тебе в дороге может пригодиться. Не забуду, как в марте 1992 года был вынужден заночевать на повороте за Челябинском: видел, как на трассе люди жгут резину, чтобы хоть как-то согреться в ожидании помощи. Сколько всяких полезных вещей (вроде старой резины) валяется у них в машине. Российские дороги особенно суровы и поучительны. Помню, в Омск приезжаем (а это как раз были времена недавнего кризиса), по обочинам дальнобойщики, на бамперах у них стоят керосинки, чай кипятят. Спрашиваю у них, где тут у вас столовая? Рассмеялись они так по-доброму, дружно, махнули рукой в сторону серого здания. Захожу в эту столовую, а там как-то безлюдно. Говорю по привычке: «Дайте стаканчик сметаны, первое, второе». Они смотрят на меня и тоже смеются: «Первый человек в этом году попросил сметаны». Представляете?! Не удивительно, что от такой жизни водители научились брать с собой в дорогу все необходимое.

У нас, конечно, не так как в России сурово, но все же никогда не знаешь, в какой «хавьер» окажешься на дороге.

— К слову, что это за отметины стихийного бедствия у вас по всему кузову автомобиля?

— Это меня и пассажиров моих в дороге под Мяделем градом накрыло. Едем, вдруг почернело, потемнело все, дождь проливной и ветер очень сильный – ничего не видно, как ночью. И тут начало барабанить по стеклам, крыше. При чем с такой силой, что поначалу решил, что камни в нас летят. Крикнул пассажирам: «Ложитесь на пол, не бойтесь вымазаться, берите коврики из-под ног и накрывайте ими головы!» Все очень серьезно было: они так и сделали, и в итоге не пострадали. А машинка моя осталась без заднего стекла и фонарей, пробит железный люк на крыше в трех местах, ну, и весь кузов в глубоких воронках.

— Часто в Беларуси вам приходиться применять ваш «спасательный набор из багажника»?

— Приходится иногда. Конечно, не все такие продуманные, как я. Еду в Минск как-то: мороз – градусов 25, на обочине стоят молодые люди, девчонка на каблучках, парень, «девятка», кажется, бежевого цвета. Торможу. «Ай, нет, вы нам не поможете: у вас же дизель…» – и махнули рукой. Не спешите, говорю: у меня и лампа паяльная, и двухлитровая бутылка бензина – дотянете до любой заправки. Залил их, завел, уехали счастливые.

Я в принципе уверен, чтобы жить в Беларуси, нужно уметь выживать, крутиться, думать наперед. Вот опять топливо подорожало, и будет дальше дорожать – люди уже не смотрят особо, не злятся, ведь ездить не перестанут. Злиться бесполезно: надо думать, как выживать. Белорусы – такая нация, что если друг за друга не держаться, не помогать друг другу, то не выживем.

Фото – Александр Tarantino Жданович

Текст — Анна Трубачева

Благодарим за идею автоцентр «Атлант-М Сухарево».

Об авторе

Алена Козуб

Алена Козуб, PR-менеджер компании Volkswagen в Беларуси
PR&art&France

Оставить комментарий